Что такое настоящая вера?

Иногда мне бывает трудно говорить о вере. Одна из причин тому – множество негативных стереотипов относительно верующих людей. Жаль, что некоторые такие стереотипы имеют под собой основания из-за экстремистов и фанатиков, которые делали и делают страшные вещи, утверждая, что действуют от имени Бога. Существуют такие стереотипы и о христианах, хотя я лично стараюсь им не соответствовать. Например, что все христиане очень правильные. Конечно, нет ничего плохого в том, чтобы поступать правильно или в том, чтобы вести себя приветливо! Но если все ограничивается примерным, дружелюбным фасадом и не идет от души, то это уже не очень хорошо. Или считается, что христианин долженсо всем смиряться, что он тюфяк. В этом тоже нет ничего хорошего. Этот распространенный стереотип о христианах можно увидеть в образе Неда Фландерса из знаменитого мультсериала «Симпсоны». Он воплощает собой (по крайней мере, внешне) ультра-религиозного и супер-правильного христианина, хотя внутри все время кипит, потому что так злится на Гомера, что, глядишь, вот-вот взорвется. Так жить – только вредить себе и другим. Вера – какой являет ее Иисус – должна быть настоящей. Она меняет нас и порой приводит в самые неожиданные места! И наши чувства и желания должны быть не постыдной тайной, а внутренней силой, ведущей к переменам. Например, моя вера помогает мне выражать чувство гнева. Обычно мы считаем гнев разрушительной эмоцией и проявлением эгоизма – и часто так оно и есть! Но гнев сам по себе нейтрален; он не добрый и не злой. Тут важно, из-за чего мы сердимся и как поступаем, когда сердимся. Если вы выходите из себя и начинаете беситься, когда вам в сэндвич положили слишком много сыра, то это нездоровый гнев, и вам надо бы с ним разобраться. Но есть такие вещи, из-за которых просто нельзя не сердиться: например, неравенство, несправедливость, нищета, угнетение! Читая о жизни Иисуса, я вижу, что Он активно противостоял таким вещам и далеко не всегда вел себя приветливо. Он сердился из-за несправедливости, но Своим гневом всегда призывал людей к переменам. В начале Евангелия от Марка Иисус рассердился на религиозных начальников, потому что они перевернули всю систему веры с ног на голову. Они свято верили, что суббота – день покоя, и делать в субботу ничего нельзя – даже исцелять! Их не волновало, что люди продолжают страдать, хотя они прекрасно знали, что Иисус способен исцелять больных. Когда в субботу Иисус увидел человека с сухой рукой и решил исцелить его, эти начальники стали осуждающе перешептываться и искать повода осудить Иисуса. На это Он тоже рассердился и рассердился справедливо, потому что для них их собственное понимание закона было важнее, чем любовь и помощь бедным и больным. Но сопротивление иудеев не остановило Иисуса, и Он исцелил сухорукого, как и собирался. Смотрите, как интересно проявляются тут гнев и любовь. Гнев Иисуса выражается в любви по отношению к больному. А любовь Иисуса выражается в Его гневе против фарисеев. Иисус сердится на них, противостоит им – и тем самым словно показывает им самих себя в зеркале, как бы говоря: «Посмотрите, в кого вы превратились! Но ведь вы созданы не для этого!» Кстати, были и другие случаи, когда Иисус сердился. Когда Он увидел, что из Божьего храма, из Дома молитвы и поклонения Богу люди сделали самый настоящий базар или торговый центр, Он очень рассердился. Он опрокинул столы торговцев и силой выгнал всех из храма. Это не значит, что Иисус потерял голову или считал торговлю дурным делом. Эти торговцы и менялы слишком увлеклись прибылью и наживались на бедняках и нищих. Они мешали тем, кто приходил в храм, по-настоящему молиться и поклоняться Богу. Иисус очень ревностно противостоял всему, что мешало людям приходить к Богу, и всему, что мешало Ему проявлять Свою любовь к тем, кто больше всего в ней нуждался. Быть правильным и дружелюбным – это хорошо и благочестиво, но христианство заключается совсем не в этом. Если бы вера была бассейном, такой «правильный христианин» был бы как вот этот парень, с надувными нарукавниками, боязливо трогающий воду. Следование за Иисусом – это, скорее, как нырнуть в воду с головой, целиком и полностью.